Контент Жок

  1. Чем сейчас изменения климата отличаются от того, что было в прошлые сотни, тысячи и миллионы лет?
  2. Чем климат отличается от погоды?
  3. Доказано ли антропогенное воздействие на климат? Разве способен человек изменить такую глобальную систему как климат?
  4. Что такое адаптация к изменениям климата, может быть с ней подождать?
  5. Как донести проблему другим людям? Как переубедить климатического скептика?
  6. Правда ли пишут, что климат – это заговор против стран, которые хотят развиваться? 
  7. Зарубежные СМИ постоянно пугают концом света, но до сих пор ничего не случилось, почему мы должны верить в климатический кризис?
  8. Заголовки сенсационные, а на них не реагируют. Привыкли?
  9. В мировых СМИ немало сообщений, что мы вступаем в малый ледниковый период, а ученые продолжают говорить про потепление. Кому верить?  
  10. Климат – слишком сложная для СМИ тема, значит, ошибки неизбежны?

 

  • Чем сейчас изменения климата отличаются от того, что было в прошлые сотни, тысячи и миллионы лет?

Прежде всего, тем, что эти изменения происходят сейчас! Нынешние масштабы не столь велики, если их сравнивать с тем, что было 50-100 и более миллионов лет. В прошлые эпохи, во времена динозавров, бывало теплее почти на 10 градусов, а сейчас речь идет о 2–5. Отпечатки тропических растений в Арктике не должны удивлять. Было на 10 градусов теплее, при этом те же кусочки суши, современные Гренландия или Земля Франца Иосифа, из-за движения континентов располагались гораздо южнее. 

Скорость изменений тоже бывала и больше. Гигантские извержения вулканов не раз приводили к быстрым, но, как правило, краткосрочным похолоданиям. Это приводило даже к массовой гибели людей из-за неурожаев и болезней, становилось немаловажным фактором ослабления и распада государств. Например, Персии и в Византии в VI веке, после череды сильных извержений 536, 540 и 547 годов, совпавших с солнечным минимумом. Сейчас в эпоху глобализации гибель людям не грозит, им всегда придут на помощь, даже если их остров уйдет под воду из-за повышения уровня Мирового океана, вызванного глобальным потеплением. 

Все было в прошлом, но мы живем сейчас, и мы влияем – вызываем нынешние изменения. Климатологи едины во мнении, что в прошлые 50 лет и в XXI веке в целом человек – главный фактор изменения климата. В масштабе отдельных лет и даже десятилетий Солнце, вулканы и изменения океанских течений более сильны. Но они – то в плюс, то в минус, а если усреднить изменения за 50 и более лет, то главную роль играет главное человек. Поэтому еще одно отличие от прошлых столетий – мы можем повлиять, снизить выбросы парниковых газов и удержать изменения климата в более-менее удовлетворительных рамках, избежать очень большого ущерба, сохранить почти все экосистемы и места жизни людей.  

 

  • Чем климат отличается от погоды?

Погода – это то, что вы видите в конкретный день, а климат – набор всех погод за длительное время, как минимум за 10 лет. Образно говоря, погода – то, что на вас надето сегодня, а климат – набор всей вашей одежды. Потепление климата означает, что вы чаще надеваете футболки и рубашки с коротким рукавом, реже носите шубу. Однако совсем отказаться от шубы нельзя: пусть гораздо реже, но сильные холода будут. Есть и другое влияние нынешнего изменения климата на погоду – она становится более неустойчивой. Бросает из «жары в холод», а осадки выпадают более неравномерно – «то густо, то пусто». При этом такая чехарда наблюдается постоянно, поэтому и говорят, что климат стал «нервным». 

Когда специалисты по физике атмосферы и океана говорят об изменениях климата, они имеют в виду длительные периоды. Например, сравнивают 1961–1990 годы с 2010-ми или 1990-е с периодом с 2041 по 2060 год. Под концом века тоже понимается не 2100-й год, а 2090-е или же последние 20 лет XXI века. Соответственно и вывод об антропогенном воздействии как главном факторе современного изменения климата применим не к погоде, а к периодам от 50 лет и более, а действие естественных факторов определяет ситуацию в отдельные годы. Погоду в конкретный день делают естественные процессы, но уже под влиянием долгосрочных процессов глобального потепления – антропогенного воздействия на климатическую систему Земли.

 

  • Доказано ли антропогенное воздействие на климат? Разве способен человек изменить такую глобальную систему как климат?

Доказано. Рост концентраций в атмосфере парниковых газов – СО2 и метана – происходит из-за человека, прежде всего, сжигание угля, газа и нефтепродуктов, на это однозначно указывает изотопный анализ. Немалый вклад дает и сведение лесов, и сельское хозяйство. Появились и созданные промышленностью новые парниковые газы, их роль не велика, но есть. Сейчас человек усиливает парниковый эффект примерно на 5%, за счет этого прогрев нижнего слоя атмосферы равен чуть больше 1,50С. Сам же парниковый эффект атмосферы Земли – хорошо изученное физическое явление, поэтому нет сомнения в том, «кто виноват»

Также нет сомнений, что именно человек загрязнил атмосферу окислами серы и азота, различными аэрозольными частицами – во всяком случае, при нынешней относительно небольшой вулканической активности. Это другой антропогенный эффект, он приводит к охлаждению примерно на 0,50С. Есть и более мелкие эффекты: эмиссии сажи, изменение отражающей способности планеты из-за вырубки лесов, следы от реактивных самолетов и т. п. В сумме мы видим антропогенное глобальное потепление несколько больше, чем на 10С. Важно, что все эти факторы действуют постоянно и по нарастающей. В этом главное отличие от действия Солнца или океанских вариаций, которые колеблются то в тепло, то в холод, поэтому в среднем за 50 и более лет человек – главный виновник глобального потепления. 

При этом кардинально изменить климатическую систему, превратить Землю в Венеру или Марс, он не может (если, конечно, не брать в расчет термоядерные войны) – слишком велик Мировой океан. Но может сдвинуть и раскачать самое легкое и подвижное звено климатической системы – атмосферу. Что мы и видим: в целом температуры растут, но ущерб в основном происходит от раскачки – «нервного» климата со все большим числом опасных метеорологических явлений.

 

  • Что такое адаптация к изменениям климата, может быть с ней подождать?

Причины нынешних изменений климата климатологам понятны, главная роль антропогенных выбросов парниковых газов сомнений не вызывает. Тридцать лет назад, когда принималась Рамочная конвенция ООН об изменении климата (РКИК ООН) казалось, что нужно просто договориться о снижении выбросов и проблема будет решена. Увы, так не случилось. Нарастает не только глобальное потепление, но и вызванное им усиление опасных метеорологических явлений. К новым условиям надо приспосабливаться – адаптироваться, снижать ущерб от изменений климата. В 2015 году в Парижском соглашении РКИК ООН перед человечеством была поставлена двойная задача: как снижать выбросы (смягчать сами изменения климата), так и адаптироваться к новым условиям (смягчать последствия изменений климата). К чему надо адаптироваться? Как правило, к тем же проблемам, которые характерны для того или иного региона, но обострились. Если недостаток воды, то больший. Если засухи, то более сильные и частые. Если сели и наводнения, то более резкие. Все это, в свою очередь, приводит к проблемам для жизни людей и для экономики, и для дикой природы. 

Прогнозы изменения климата в XXI веке показывают, что опасные тренды будут нарастать. В каких-то случаях люди не смогут приспособиться, например, неизбежный подъем уровня мирового океана приведет к затоплению их острова или дельты реки. Где-то совсем не станет воды. В РКИК ООН такие ситуации называют «потери и ущерб» (loss and damage), а в 2022 году для них было решено создать специальный фонд помощи. В тоже время, в большинстве случаев прогнозы не столь катастрофичны. Жить и вести хозяйство будет можно, но только если заранее предпринять меры адаптации. Конечно, хорошо бы чтобы все страны ответственно отнеслись к снижению выбросов парниковых газов, тогда изменения будут поменьше, меры адаптации проще и дешевле. Разницу можно понять на примере волн жары. Уже сейчас та особо сильная жара, которая в том или ином месте в XIX веке случались раз в 50 лет, в мире в целом стала в 5 раз чаще (раз в 10 лет). Далее к концу века такая жара в лучшем случае будет случаться раз в 3 года, а в худшем случае станет практически ежегодной. Сейчас все крупные страны дали обещания достичь так называемой углеродной нейтральности – баланса между выбросами парниковых газов и поглощением СО2 лесами и другими экосистемами, в частности, Казахстан и Россия к 2060 году. Если выполнят, то нас ждет всего 2-3 кратный рост частоты неблагоприятных ситуаций – засух и жары. Как минимум к такому развитию событий надо быть готовым

В качестве первого шага, надо понять где и что конкретно надо делать. Для этого как раз сейчас появились удобные для любого человека разработки. Центрально-Азиатская программа WWF подготовила Руководство для сотрудников особо охраняемых природных территорий по планированию мер адаптации, а также Глоссарий терминов по изменению климата и биоразнообразию (они будут представлены на ЦАКИК-2023), а экологическое движение «БИОМ» при международной поддержке подготовило обширный труд «Лучшие практики адаптации к изменению климата», где рассмотрены все аспекты жизни людей, охраны природы и развития экономики, актуальные для Центральной Азии.

 

  • Как донести проблему другим людям? Как переубедить климатического скептика?

Здесь главное слово «наука». Если человек уверен, что вся наука, даже физика атмосферы и океана, куплена политиками, то с ним говорить очень сложно. Хорошо, если получится начать так: мой близкий друг (брат, отец, муж, ..) ученый-физик (климатолог, океанолог,..), у них иная жизнь, для этих людей главное – научная репутация, без нее не будет ни исследовательских грантов, ни уважения коллег. А политики и олигархи платят не ученым, а политтехнологам. Науке о физических основах изменений климата доверять можно. Это как бы вступление, после которого можно перейти к фактам. 

Следующая ваша фраза: давайте взглянем на изменения климата на уровне физики, на измерения. При этом лучше начать с чего-либо очень наглядного. Если скептик видит жару, то согласен с потеплением, а в холод не согласен. Поэтому сначала надо показать наглядные измерения – роста температуры и опасных явлений. Сейчас даже закоренелые скептики не решаются отрицать, что это есть. 

Дальше самое сложное – доказать роль человека. Тут проблема в том, что невооруженным взглядом доказательства нельзя увидеть в принципе. Надо сказать, три вещи. Мы с вами (именно так – мы, а не вы) не можем видеть, как одновременно греются все океаны, как изменился изотопных состав атомов углерода в атмосферном СО2, как стала холоднее верхняя атмосфера (над парниковой «пленкой»). Главный момент: «это факты, это физическая наука, не политика, тут нет «денег». Вы должны показать, как минимум, эти три факта наглядно и со ссылками на научные доклады. Но ни в коем случае не со ссылками на СМИ, иначе вам в ответ приведут массу «выдумок» из других СМИ. 

Скорее всего, вы не сразу развеете скептицизм. Поэтому лучше завершить чем-то эмоциональным и одновременно побуждающим что-то делать. Например, «Рост лесных пожаров – факт, и не столь важно, в какой степени он вызван изменениями климата. Важно то, что пустить эту проблему на самотек нельзя, нужно принимать меры». Или: «Молодым и здоровым людям волны жары не страшны, но о престарелых и больных думать надо, медицина должна быть к этому готова, изменение климата – не COVID, оно не закончится».

 

  • Правда ли пишут, что климат – это заговор против стран, которые хотят развиваться? 

«Теория заговора» – распространенное словосочетание. Логика «кому выгодно, тот и придумал» для политиков типична, при этом дальше они зачастую и не углубляются. Понятна такая логика и обывателю, далекому от науки, но уверенному, что миром движут только деньги. Идея эта глобальная и не только климатическая. Опросы показывают, что в США немало людей по-прежнему считают, что тезис «Земля – шар», выдумана авиакомпаниями, так они обманывают пассажиров, чтобы брать большую плату. По климату «заговорщики» напирают на то, что наука ничего точно не знает. Некоторые из них говорят это честно, просто они не понимают, что вероятностный подход, о котором говорят ученые, просто общепринятый научный язык, а вероятность многих выводов более 99%.

Способ бороться с теорией заговора один – отрезать науку от политики. Понимать, где кончается физика, а где начинаются «деньги». Причины изменений, как и их прогноз – это «физика», а вот выбор мер для снижения выбросов парниковых газов – уже «экономика», на которую могут влиять и геополитические соображения, и цели отдельных политических партий и конкретных лиц. Сговором стран или бизнес-компаний, например, из сектора высоких технологий, может быть только их совместный выбор мер для снижения выбросов парниковых газов. Для кого-то другого, стран или компаний, например, угольных, их совместные действия – «нож острый», но это никак не означает, что физическая проблема антропогенного изменения климата и их последствий создана искусственно. Она объективно существует вне любых экономических или политических соображений. 

 

  • Зарубежные СМИ постоянно пугают концом света, но до сих пор ничего не случилось, почему мы должны верить в климатический кризис?

Плохо, что пугают, этим только запутывают; а «до сих пор» уже случилось, но не в виде «конца света», а в виде медленных, но очень серьезных проблем. Изменение климата совсем не похоже на летящий на нас гигантский метеорит: нет такой ситуации, когда срочно нужен «термоядерный экран» или мы все погибнем. Проблема больше похожа на огромный асфальтовый каток. Мы видим его, он медленно едет – климат меняется на глазах, но не сверхбыстро, не как в кино. Мы понимаем, почему едет «каток» (главный фактор – усиление человеком парникового эффекта), а значит, понимаем, что он будет ехать и дальше. А чтобы его остановить, надо всем сильно и долго «подпирать плечом» – снижать выбросы. Сразу это не получится, поэтому одновременно надо «вытащить из-под колес» то, что еще возможно (не дать уничтожить, адаптироваться).

Почему пугают концом света? Вероятно, СМИ считают такой жанр более привлекающим зрителей и читателей. Особенно «сильны» заголовки, лучше их не брать в расчет и читать сам текст: как правило, там уже все спокойнее. А еще лучше пройти по ссылке на научный первоисточник. Там будет совсем спокойная тональность, но станет страшно – «асфальтовый каток» вы увидите воочию. При этом климатический кризис, увы, уже есть, только не для всех. 

Многие малые островные государства уже обречены: шторма и повышение уровня океана практически не оставляют им шансов на выживание, некоторым уже в XXI веке. По прогнозам, засушливые территории станут еще засушливее, причем этот тренд уже виден. Как там вести сельское хозяйство, смогут ли с этим справиться слабые и бедные страны? Они фактически уже перед лицом климатического кризиса. Чтобы его предотвратить, мировой экономике надо быстро переходить на источники энергии без выбросов парниковых газов. Сейчас все крупные страны дали обещания достичь так называемой углеродной нейтральности – баланса между выбросами парниковых газов и поглощением СО2 лесами и другими экосистемами, в частности, Казахстан и Россия к 2060 году. В тоже время, в ООН мы видим кризис отношений между массой слабых и уязвимых стран и крупнейшими государств. Ведь климатическая судьба «маленьких» в основном зависит от «больших»: без их «плечей» «каток» не остановить. 

 

  • Заголовки сенсационные, а на них не реагируют. Привыкли?

Броские заголовки сейчас стали своего рода характерной чертой нашего времени. По словам журналистов, «шутку оценят и больше прочтут». Тем не менее, надо знать меру, а в сложной климатической тематике тем более – шутку не поймут, а читать вообще не будут. В отношении климата броский заголовок в СМИ, как правило, означает пострашнее. Однако опросы населения и психологи однозначно говорят, что сейчас человек на страшилки просто не реагирует. 

Наиболее распространены два вида искажения информации. Во-первых, умалчиваются сроки. Нет сомнения в том, что человечество идет к новому ледниковому периоду, но только в масштабе многих тысяч лет. Точно, что никак не в этом тысячелетии. Для климатологов это очевидно, но в СМИ нередко забывают сказать, «когда». Есть и курьезные примеры. Например, недавно японские ученые опубликовали оценки, говорящие о риске потери атмосферой всего кислорода через миллиард лет, но в новостях слово «миллиард» в заголовок не вошло. 

Второй способ – назвать катастрофой прохождение глобальным потеплением порога в 1,5 или 2 градуса. Да, Парижское соглашение ООН призывает все страны остановить процесс на уровне менее 20С и стремиться, чтобы было не более 1,50С. Очевидно, что ущерб и риски при 20С больше, чем при 1,50С, а при 3 хуже, чем при 2 и т. д. Но здесь нет жесткой черты. Это не извержение вулкана, когда дошла лава до поселка – катастрофа, а остановилась в 100 м – спасение. Когда ученые пишут, что до 1,5 градуса осталось 15–20 лет и этого уже не миновать, нельзя писать «до катастрофы 15 лет» или «климатическая катастрофа неминуема». От этого руки опускаются, а ведь надо действовать, снижать выбросы парниковых газов, бороться за каждые полградуса глобального потепления. Тогда его совершенно реально остановить, в частности, на 2,5 градусах, и тем самым избежать худших последствий для большей части населения планеты и ее экосистем. 

 

  • В мировых СМИ немало сообщений, что мы вступаем в малый ледниковый период, а ученые продолжают говорить про потепление. Кому верить?  

В данном случае мы видим явное непонимание того, о чем идет речь. Такие сообщения бывают трех типов. Чаще всего о периоде похолодания говорится на сугубо локальном уровне. Например, что холоднее стали зимы на Чукотке. Такие наблюдения никак не противоречат глобальному потеплению, которое вызывает очень непростые изменения в движении воздушных масс и даже океанских течений. В частности, для центральной части Северной Атлантики, к югу от Гренландии, оно дает совершенно закономерный длительный период похолодания. Такую информацию никак нельзя переносить на весь мир. 

Второй тип «данных» о периоде похолодания – результаты наблюдений за каким-то одним фактором изменений климата. Например, в начале 2000-х годов ряд астрономов говорили: «Вот сейчас идет рост активности Солнца, скоро он сменится на снижение и пойдет похолодание». Действительно снижение пошло, но оно лишь совсем немного ослабило глобальное потепление. Вариации Солнца сейчас гораздо слабее деятельности человека, в результате которой постоянно растут выбросы парниковых газов. 

Третий тип ошибок – путаница временных рамок. Нет сомнения, что человечество идет к новому, настоящему, а не малому, ледниковому периоду, но только в масштабе многих тысяч лет (это результат долгосрочных вариаций оси вращения и орбиты Земли). Точно, что не в нашем тысячелетии. Однако СМИ нередко забывают сказать «когда». Научные знания однозначны: XXI век – это потепление, хотя и неравномерное (то быстрее, то медленнее, в зависимости от Солнца, вулканов и океанских вариаций), но без каких-либо малых ледниковых периодов. 

 

  • Климат – слишком сложная для СМИ тема, значит, ошибки неизбежны?

Изменения климата, действительно, тема не простая. Но скорее необычная, чем сверхсложная – гораздо проще, чем, например, исследования мозговой деятельности человека или квантовая механика. Многое необычно, почти все выводы и прогнозы выражаются в терминах вероятности; воздействие человека редко можно отделить от естественных явлений; те или иные факторы важны в краткосрочном плане, но не важны в масштабе века и наоборот. Однако, несмотря на все проблемы, осваивать тему надо, приобретать климатическую грамотность. 

Что можно посоветовать? Берите в работу только то, что вам понятно. Если этого не избежать, то сами пишите меньше, а как можно больше используйте цитаты. При этом, в идеале, давайте их полностью. Если ваш «академик» очень многословен, не стесняйтесь попросить краткое резюме – вывод, который пойдет в цитату. Согласовывайте то, что получилось, причем не только сами цитаты, но и заголовок: именно в них едва ли не основная часть ошибок, причем очень видных и обидных. 

У вас все получится, в СМИ уже практически каждый день появляются совершенно грамотные и интересные статьи по климату. Если сравнить, ситуацию сейчас и 10 лет назад, то прогресс налицо, хотя, увы, более медленный, чем хотелось бы. 

 

АВТОР: Алексей Олегович Кокорин